История древнего поселения Эмелта

Роль миграционного фактора в формировании сельских общин средневекового Дагестана

05.05.2018 в 20:08, просмотров: 1781

В истории горного Дагестана XIII–XIV вв. характеризуются процессом воз­никновения крупных сел в результате слияния нескольких мелких тухумных поселений (синойкизм), обусловленным рядом социально-экономических факторов.

История древнего поселения Эмелта
Место расположения Эмелта

Об этом свидетельствуют многочисленный подъемный археологический материал, наличие и поныне вблизи большинства современных сел развалин заброшенных поселений, собственно легенды и предания об их объединении в одно целое.

Дагестанские этнографы хорошо осветили процессы синойкизма, его причины и последствия и датировали этот процесс XIII–XIV в. на основании археологических данных с покинутых поселений. На наш взгляд, датировка этих процессов несколько смещена в сторону удревнения. Следует учесть, что Сарир, как централизованное государство, распалось на рубеже XIII–XIV вв. Как следствие, в конце XIV в. начался процесс дестабилизации, коснувшийся многих мелких населенных пунктов, которые вследствие необходимости обеспечить безопасность своего существования вынуждены были объединяться в крупные поселения, расположенные в укрепленных местах. Таким образом, эффективная для хозяйственной деятельности система хуторского расселения подверглась серьезному кризису из-за отсутствия сильной централизованной власти. Как следствие, начался процесс формирования крупных сельских общин. В частности, во второй половине XIV в. произошло формирование наиболее крупных поселений Андалала. Нам удалось показать, что сооружение в 1365 г. христианской церкви стало датой формирования новой крупной и влиятельной общины Ругуджа в том же регионе [9, с. 36–45].

Однако в этой статье мы хотели бы коснуться не только процесса синойкизма, но и исследовать процессы миграции в западной части горного Дагестана на примере поселения Эмелта.

Дагестанскими археологами в результате разведочного исследования было выявлено, что в 3 км к востоку от сел. Нижнее Инхо Гумбетовского района, на правой стороне р. Андийское Койсу (Анди-ор), в местечке Маардала (авар. – Магьардала), находится поселение Эмелта (авар. – ГIемелтIа). На месте поселения ныне расположена молочно-товарная ферма сел. Нижнее Инхо. Там же, рядом с поселением Эмелта, находится могильник VIII–XIII вв. [1, с. 163]. Вместе с тем о существовании данного поселения было известно и из различных преданий и письменных хроник XVIII–XIX вв., которые свидетельствовали о разрушении Эмелты в результате конфликта с окружающими населенными пунктами.

Главной причиной разрушения Эмелты местные предания называют конфликт с соседней общиной Нижнее Инхо, которая в результате постепенного сбора в свой состав жителей соседних тухумных поселений существенно выросла и окрепла. На первоначальном этапе в сел. Нижнее Инхо переселились жители поселений Гиликь, Рукъалиб, КитIилихъ, Кинисохъ [5, с. 93]. Населенный пункт Кинисох располагался над левым берегом Анди-ора в 1 км ниже по течению от сел. Нижнее Инхо. Там сохранились остатки башни (авар. – си), от которой произошло название селения (авар. – «у колыбели – башни»). Гиликь (от гел – «ковш, люлька», которая подвязывалась к канату для переправы через реку Анди-ор) был расположен напротив Кинисоха, на противоположном берегу Анди-ора. Сохранилась устная традиция о некоем соперничестве жителей двух селений и о том, что основным занятием жителей Гилитля было растениеводство, а жителей Кинисоха – животноводство.

В дальнейшем у жителей Нижнего Инхо, так же как и других окрестных поселений, возникла конфликтная ситуация с общиной эмелтинцев. Дело в том, что жители селений, расположенных на левом берегу реки Андийское Койсу (Анди-ор), имели связь с центром Аварского нуцальства – Хунзахом – через земли эмелтинцев. Мост через реку располагался приблизительно там же, где и сейчас, а далее дорога проходила по берегу реки и далее мимо селения Эмелта. Эта дорога пользовалась дурной славой – постоянно происходили ограбления путников и конфликты с эмелтинцами. Использовав недовольство окрестных селений, жители Нижнего Инхо заручились их нейтралитетом или пассивной помощью и однажды, воспользовавшись отлучкой большинства мужчин, заняли Эмелту и вынудили их жителей покинуть селение. Эмелтинцы вначале обосновались в сел. Тлох, а оттуда через год или два начали расселяться по различным селениям. Из-за временного пребывания в Тлохе, а также отсутствия уже 500 лет селения Эмелта к настоящему времени в некоторых населенных пунктах потомков эмелтинцев принято считать за выходцев из Тлоха, который был лишь промежуточным пунктом в их вынужденных миграциях (об этом см. ниже).

Карта поселения Эмелта

Эпиграфические материалы

В октябре 2016 г. мы побывали в местности Маардала, где располагалось поселение Эмелта. Оказывается, здесь сохранилось старое мусульманское кладбище площадью около 1 га, а в 200 метрах выше по склону от него располагается одна огороженная металлической сеткой могила с высокой известняковой надмогильной плитой. Очистив с помощью металлической щетки поверхность плиты, нам с трудом удалось прочитать эпитафию:

«Смерть – истина, а жизнь – обман. Смерть – ворота, и все люди войдут в них. ГIатилав, сын… да простит Аллах их грехи».

Чуть ниже от этой огороженной могилы расположено еще одно одиночное захоронение с надмогильной плитой, на которой с трудом читается эпитафия: «Смерть – истина, а жизнь – обман. Смерть – ворота, и все люди войдут в них. Айшат, дочь ГIатилава, да простит Аллах их грехи».

На огороженном кладбище имелось несколько десятков каменных плит, однако эпитафии имелись лишь на двух:

  1. «Покойный Умар, сын Чанта».
  2. «Смерть – истина, а жизнь – обман. Это могила ХIаду, сына Чанта».

Анализ эпитафий приводит к выводу, что они принадлежат мусульманам в первом – втором поколениях. Надписи сделаны с ошибками, сам арабский текст составлен с ошибками, а имена в большинстве случаев – не арабские. Учитывая опыт изучения схожих по содержанию, стилю и почерку эпитафий поселения Чолода [10, с. 113–124], датируемых концом XV–XVI вв., мы можем датировать эпитафии Эмелта XV в.

После падения Эмелты жители сел. Нижнее Инхо, согласно устной традиции, смогли занять земли почти обезлюдевшего после эпидемии населенного пункта Кверсахъ (авар. «у башни с рукой»?). Оставшиеся в живых жители Кверсаха переселились в сел. Игали, где до сих пор известен тухум, образованный уроженцами этого селения. Кверсах расположен в 10 км от селения Нижнее Инхо [1, с. 163] и в 1,5 км от сел. Нижний Арадерих, ниже последнего по склону. В октябре 2016 г. мы посетили и это поселение. Ныне оно превращено в хутор жителей Нижнего Инхо, а от населенного пункта остались лишь развалины. На трех террасах расположены остатки кладбища, вокруг которого частично сохранились руины каменной ограды. В верхней части кладбища имеется огороженное камнем место, известное среди старожилов как «могила шейха». Надмогильной плиты здесь мы не смогли обнаружить. Чуть ниже по склону, на краю террасы мы обнаружили две богато орнаментированные надмогильные плиты с эпитафиями, одна из которых, к счастью, оказалась с датой:

  1. «Обладатель могилы // – Кусан2, сын // Симтана // в году 960» (начался 27.12.1552 г.).
  2. «Обладатель камня // Абдаллах, сын Салмана //

Из остальных надмогильных плит прочтению поддавались только лишь две:

  1. «Смерть // – истина, а жизнь // – обман. // Это могила Исима, // сына Чибилчи».
  2. «Смерть – истина, // а жизнь – обман. // Обладатель этой // могилы Й-къ-хь-р, дочь // Хирача». 

 

Итак, сохранившиеся предания и текст хроники «Тарих Аргвани», составленной в XVIII в., свидетельствуют, что эмелтинцы являлись воинственной общиной, которую жители окрестных поселений Тлох3 и Нижнее Инхо обвиняли в хищении их имущества и убийстве их общинников, отправлявшихся на хунзахский базар. Жителям Нижнего Инхо удалось занять селение и разрушить его в тот момент, когда большинство его жителей отсутствовало в Эмелта (в предании говорится об олене, за которым погнались эмелтинцы, оставившие свое селение без надлежащей охраны). Им было выдвинуто условие, согласно которому они оставляли свои земли и со скотом и прочим имуществом должны были покинуть родное селение. В результате эмелтинцы, поселившиеся на год или два в Тлохе, постепенно рассеялись по разным населенным пунктам.

Одна из могил на кладбище Эмелта

География расселения эмелтинцев

Известно, что часть их основала новое поселение Гадари (ныне в Гумбетовском районе), расположенное ниже по течению реки Анди-ор. П. И. Тахнаева, анализируя текст местной хроники «Тарих Аргвани», составленной в середине XVIII в., пришла к выводу, что разорение сел. Эмелта и переселение оттуда 3 патронимий в Гадари произошло в 900 г. х. (начался 10.10.1494 г.) [8, с. 33]. Согласно данному историческому сочинению аварский нуцал Суракат «уничтожил селение Имилта» с помощью жителей сел. Инхо и Тлох, а вслед за тем следует изложение событий, которые датируются в хронике 900 г. х. [8, с. 21]. Следует учесть, что хроника является ангажированным источником, в котором «неверному» Суракату приписываются различные злодеяния, а в реальности этот аварский нуцал жил в XIII в., когда сел. Эмелта ничего не угрожало. Таким образом, очевидно, что включение этого правителя в сюжет – явный анахронизм. Также не подтверждаются данные хроники о том, что жители сел. Эмелта были полностью уничтожены, за исключением семей трех братьев – Мусы, Ибрахима и Хаджи, сыновей Фирали [8, с. 33]. При критическом анализе выясняется несоответствие действительности и абзаца из «Тарих Аргвани» о происхождении всех жителей сел. Гадари от этих трех семей и о том, что земля, на которой основано данное селение, была выделена аргванинским правителем. Очевидно, что все эти искажения исторической действительности были призваны служить легитимизации некоторых выплат гадаринцев мечети сел. Аргвани, которых последние добились каким-то образом. К схожему выводу в ходе анализа данного источника пришла и П. И. Тахнаева [8, с. 34].

Итак, где-то в самом начале XVI в., вероятно, в 1503–1504 г., Эмелта была разрушена, а часть уцелевших ее жителей основала новое поселение Эмелта. Селение Гадари, по местным преданиям, первоначально находилось ближе к сел. Чирката, в местности Росдалщоб (авар. – «сельский хребет»). Именно здесь первоначально обосновались эмелтинцы, впоследствии построившие населенный пункт на месте его нынешнего расположения. Краевед М. Расулов, основываясь на преданиях, пишет об основании Гадари приблизительно в 1500 г. тремя большими семьями во главе с неким эмелтинцем по имени Букъулав [6, с. 351]. Интересны сведения исторической хроники, составленной в XIX в. и названной Т. М. Айтберовым «История Нахбака» о том, что сел. Чиркей (авар. ЧIикIаб4) основано в 911 г. х. (начался 13.06.1505 г.), а в его основании принимали участие немало семей из Эмелты [3, с. 73].

На наш взгляд, большая часть эмелтинцев обосновалась именно в Чиркее, образовав один из 6 тухумов этого крупного селения. По записанному в XIX в. сочинению об основании Чиркея эмелтинцы прибыли туда почти одновременно, но вторыми после братьев Мусы и Хизри. Они, являясь выходцами из гидатлинского сел. Гента, переселились в Тлох, где жили около года, а затем – в сел. Цебеашу (располагалось к западу от старого Чиркея), откуда уже спустились в долину Сулака, где заняли под поселение лесную поляну. Более того, согласно архивному документу от 1830 г., тухум Парахатилал, образованный гентинцами, были известен тогда как происходящий из «деревни Тлох» [7, л. 13об].

Из сел. Эмелта в Чиркее поселились следующие семьи. Одним из первых к братьям Мусе и Хизри подселился УругIали с семьей. К нему присоединились роды Чорхъаби, МахIил Церехъаби, МагIалилал и Мирзалал. Частично эмелтинским считается род, произошедший от некоего Жанмирзы, переселившегося вроде бы из сел. Арадерих. Однако наибольшую известность приобрел эмелтинец Кудияв Бори, поселившийся в Чиркее с 12 своими сыновьями. О том, что их переселение было в целом единовременным, говорит и то, что, к примеру, Кудияв Бори был женат на сестре Уруали по имени Зухра, а их дочь вышла замуж за Жанмирзу из Арадериха [3, с. 73–74]. Это говорит о некоем родстве, существовавшем между эмелтинцами, решившими поселиться в Чиркее в самом начале XVI в.

Помимо Чиркея, жители Эмелты участвовали и в основании другого аварского селения в обществе Саламеэр. Согласно преданиям, селение Гертма Казбековского района было основано неким Рагъул ГIали (авар. – «воинственный Али») с братом из селения ГIемелтIа. Авторы книги, посвященной описанию Гертма, не знали, где расположено это селение, и не смогли правильно привести его название («ГIамилта», на их взгляд, располагалось на хунзахском плато) [2, с. 5], что говорит в пользу достоверности данного предания. Авторы книги также датируют основание Гертмы второй половиной XVIII в., игнорируя имеющиеся документы.

Эмелтинцы, судя по всему, являлись предками одного из наиболее крупных тухумов и другого поселения в Саламеэре. В селении Инчха, согласно архивному документу от 1830 г., наиболее влиятельной была семья Даци Кичахаева. Его генеалогическая схема, начинаясь от Даци, восходила к отцу – Качикаю, далее – к деду – Хаджи, прадеду – Рурахма и далее – Султан – Махама – Лабазан, предок которого переселился в селение Инчха «из деревни Тлох» [7, с. 13об].

В четвертом по счету и одном из самых древних поселений Саламеэра – Зубутли – эмелтинцы также играли важную роль в общественной жизни. В XVI в. в сел. Зубутли образовался тухум Кьахъал (авар. – «тлохцы»), сыгравший ключевую роль в отражении попыток шамхалов захватить земли этой общины [4, с. 27–28].

В пятом селении Саламеэра – Гуни – уроженцы Эмелты основали тухум с соответствующим названием гIемелтIисел (авар. – «эмелтинцы»).

Часть из эмелтинцев ушла даже в Гидатль. В Ураде проживает кьибил ЗирибикIилал, входящий в тухум Картулал. По одному из преданий, они выходцы из разрушенного в 1503–1504 гг. поселения Эмелта, вынужденные поселиться на урадинском хуторе Баголъ. Оттуда они переселились в Ураду. Их дома традиционно располагались в квартале РосрагIада в нижней части Урады. Местный краевед, глава администрации сел. Нижнее Инхо Магомед Ибрагимов привел нам отрывок из плача одной эмелтинки, которая, поселившись в Гидатле, оплакивала свою судьбу, с ностальгией вспоминая о своей родине:

…Магьардалагьоролъгьогьомарайдун

ГьидерилбакъуцайухIулей йиго

Билил пастIабахъаруччбахъарайдун

ГIанкIил тIамахцини тIезещоларо.

О связи Гидатля и Тлоха (в этом близлежащем с Эмелта поселении первоначально поселились все эмелтинцы, а в последующем переселились в другие населенные пункты) говорят еще два факта. Во-первых, непонятно, на каком основании представители урадинских Чухби в 1886 г. утверждали, что якобы до имама Шамиля некоторые тлохцы им «платили повинности» [11, л. 1]. Во-вторых, как уже было отмечено выше, братья Муса и Хизри из Гидатля (сел. Гента), основавшие Чиркей, сначала обосновались в Тлохе и прожили там около года.

Итак, мы видим, что в течение XVI в. в бассейне реки Анди-ор происходило активное формирование новой системы расселения, которая характеризовалась более крупными формами населенных пунктов, сложившихся в результате сселения туда жителей более мелких поселений. В результате часть жителей переселилась во вновь формируемые сельские общины, но некоторые общины, как, например, Эмелта, полностью покинули традиционный ареал расселения и оказались рассеяны по различным населенным пунктам. В частности, эмелтинцы оказались как минимум в 8 аварских селениях: Гадари, Гертма, Тлох, Чиркей, Зубутли, Гуни, Инчха, Урада, из которых первые два основаны именно ими.

 

Примечания:

  1. Чтение неуверенное.
  2. От армянского Гусан.
  3. На тот момент по соседству с Эмелта существовало поселение Бакъдаб, которое также в самом начале XVI в. вместе с другими небольшими поселениями образовало сел. Тлох.
  4. Название селения образовано от слова чIикIва – специальная ложка для каш. Отсюда ЧIикIаб – «в ложке», т. е. в котловине, что соответствует особенностям расположения старого Чиркея в котловине у слияния речки Буга-тлар с Сулаком. По схожему принципу образован топоним ЧIинкIва (развалины поселения близ сел. Орота Хунзахского района). Также следует привести в качестве аналогии топонимы Богьнода (от бугьун, которое в южном говоре аварского языка означает «ложку», в северном – широкую деревянную лопату для уборки снега и развеивания зерна на току), Гъудон (от гъуд – «половник»).

 

 

ЛИТЕРАТУРА

  1. Абакаров А.И., Давудов О.М. Археологическая карта Дагестана. М., 1993. С. 325.
  2. Абдулмуслимов А.М., Магомедсалихов Х.Г. Гертма: люди, события, документы. Махачкала, 2017. С. 280.
  3. Айтберов Т.М. К истории аварцев Терско-Сулакского междуречья. Махачкала, 2015. С. 254.
  4. Атаев Х.А. Зубутли и зубутлинцы. Махачкала, 2012. С. 536.
  5. НурмухIамадова ГI. Инховаинхвал. МахIачхъала, 2012. Гь. 218 (на авар. яз.).
  6. Расулов М. Седой Гумбет – мой край родной. Махачкала, 2001. С. 464.
  7. РГВИА. Ф. 13454. Оп. 5. Д. 450 (Родословный список). б/д. Л. 13об.
  8. Тахнаева П.И. Аргвани: мир ушедших столетий. М., 2012. С. 485.
  9. Хапизов Ш.М. Ругуджинская надпись (о распространении христианства и ислама в Аварии) // Вестник ДНЦ РАН. – Махачкала, 2015. Вып. №56. С. 36–45.
  10. Хапизов Ш.М., Шехмагомедов М.Г. Кладбище поселения Чолода как источник по истории и антропонимии горной Аварии // CAUCASO-CASPICA Труды Института автохтонных народов Кавказско-Каспийского региона. Ереван, 2016. С. 113–124.
  11. ЦГА РД. Ф. 90. Оп. 2. Д. 5 (Прошение жителей сел. Орода Гунибского округа о доходах в их пользу). 1886 г. Л. 6.