Автор «Кубачинского языка»

В Махачкале прошел вечер памяти, посвященный 100-летию со дня рождения видного ученого, кавказоведа Александра Магометова

21.12.2017 в 14:00, просмотров: 7134
Автор «Кубачинского языка»
Александр Магометов

В Институте языка, литературы и искусства имени Гамзата Цадасы Дагестанского научного центра Российской академии наук прошел вечер памяти, посвященный 100-летию со дня рождения видного ученого, кавказоведа, доктора филологических наук, профессора, заслуженного деятеля науки Республики Грузия и заслуженного деятеля науки Республики Дагестан Александра Амаровича (Абдулмажида Омаровича) Магометова.

            Коллеги, друзья, ученики, родственники пришли почтить память выдающегося исследователя Директор ИЯЛИ ДНЦ РАН Магомед Магомедов, открывая вечер, отметил, что лингвистика стала для Александра Магометова смыслом всей его жизни. Он издал более 350 научных трудов, посвященных актуальным вопросам иберийско-кавказского языкознания, и 7 монографий. Выступавшие на вечере коллеги и ученики ученого Иса Халидов, Магомед Магомедов, Амирбек Магомедов, Дибирали Хазамов, племянница Абдулмажида Омаровича известный ювелир и художник Лейла Изабакарова говорили теплые слова и делились с присутствующими воспоминаниями о нем.

    

Александр Магометов
            

        Из Кубачи в Тбилиси

            Абдулмажид (Александр) Магометов родился в 1917 году в селе Кубачи в семье ювелира. Он не пошел по стопам отца, который хотел, чтобы его сын стал образованным человеком.  В те моменты, когда Абдулмажид порывался помочь отцу, интересуясь ювелирным делом, он отгонял сына от своего рабочего места со словами «Твое дело – учиться!». Отмечу, что всемирно известным ювелиром, мастером серебряного дела стала младшая сестра Абдулмажида Омаровича – Манаба Магомедова, Заслуженный художник России.

            Отец часто уезжал на заработки в города Советского Союза, и с определенного времени стал брать сына с собой, чтобы тот осваивал русский язык, учился в городских школах. Один год они жили в Баку, другой в Ростове, третий в Краснодаре. Некоторое время они жили в городе Тотьма Вологодской области, где в административной ссылке жил раскулаченный брат отца Расул Магомедов. Впоследствии он уехал в Ленинград, где работал реставратором в Эрмитаже, куда его пригласил кунак дяди –академик Иосиф Орбели, директор Эрмитажа. Он погиб в годы блокады Ленинграда фашистами.

            Вся семья перебралась в Тбилиси, где Александр закончил школу в 1935 году. Неожиданно быстро умер отец, но юноша решил продолжить учебу и поступил в Грузинский индустриальный институт, который окончил в 1940-м. После окончания ВУЗа был направлен в Воронеж. С начала Великой Отечественной войны работал на авиационном заводе, который в октябре 1941 года эвакуировали в Казань. Дважды Александра зачисляли в добровольческие военные формирования, но затем меняли решение, объясняя это тем, что специалисты этого профиля нужны в тылу. В январе 1942 года группа инженеров была направлена по распоряжению Государственного Комитета Обороны для работы на восстанавливаемом в Москве авиационном заводе, на котором производили двигатели для бомбардировщиков Б-3. В 1944 году Александр Магометов по линии Министерства авиационной промышленности был переведен в Тбилиси.

            В конце войны состоялась встреча молодого инженера с известным грузинским языковедом Арнольдом Чикобавой. Как-то будучи в гостях, Александр обратил внимание на оригинально изданный Коран, где каждую страницу арабского текста сопровождал русский перевод. Хозяйка, Елена Метревели (в последующем директор Института рукописей), увидев молодого человека, увлеченно листающего книгу, шутливо заметила, что, дескать, для него это китайская грамота. Алексанлр в ответ прочитал отрывок из Корана на арабском языке, который изучал в детстве в школе при кубачинской мечети.

            Узнав, что Александр родом из Дагестана и свободно владеет родным языком, Елена Метревели предложила свести его с учёными, исследующими горских языков. Таким образом молодой инженер попал в Институт языкознания Академии наук Грузии, где его представили заведующему отделом горских иберийско-кавказских языков академику Арнольду Чикобава. Поначалу кубачинец представлял для него интерес как носитель одного из малоизученных горских дагестанских языков. Они встречались раз в неделю и работали по три-четыре часа. Примерно через полгода Чикобава предложил Александру Магометову поступить в аспирантуру. Он разглядел во нём какие-то задатки, усердие, которое он особенно ценил в людях, обладая сам необыкновенной работоспособностью.

 

                        От аспиранта до профессора

 

            В 1945 - 1948 годы молодой исследователь учился в аспирантуре Института языкознания АН Грузинской ССР, и в 1948 году защитил кандидатскую диссертацию на тему «Кубачинский язык», позже изданную отдельной книгой. С 1948 года работал в отделе горских иберийско-кавказских языков Института. В 1965 году защитил докторскую диссертацию по теме «Табасаранский язык». С 1968 года также преподавал на кафедре кавказских языков Тбилисского государственного университета.

          

 

Велика заслуга Магометова в деле возвращения науке и издания одного из главных трудов известного исследователя кавказских языков Петра Услара «Табасаранский язык». Обрусевший немец, генерал-майор царской армии Петр Карлович Услар в середине XIX века издал один том «Древнейшие сказания о Кавказе», затем выпустил труды по абхазскому, чеченскому, аварскому, лакскому, даргинскому, лезгинскому языкам.          

            Будучи в командировке в Москве в начале 50-х годов, Александр Амарович нашёл неопубликованную монографию Услара о табасаранском языке у супруги одного из столичных профессоров. Книга представляла собой более тысячи страниц текста, написанного от руки мелким, убористым почерком. В некоторых местах чернила выцвели, что создавало немалые трудности в подготовке к печати материалов. В Тбилиси была издана монография Петра Услара.

            В 1950-е и 1960-е гг. выдающийся ученый работал над описанием двух близкородственных языков лезгинской группы — табасаранского и агульского. Были изданы фундаментальные монографии - «Табасаранский язык: исследования и тексты» (1965) и  «Агульский язык: Исследование и тексты» (1970) с приложением текстов на различных диалектах.

            Многие годы работал учёным секретарём региональных научных сессий по изучению системы и истории иберийско-кавказских языков, с 1974 года входил в редколлегию журнала «Ежегодник иберийско-кавказского языкознания».

            В 1979 году в Махачкале вышла книга Александра Магометова «П.К. Услар – исследователь дагестанских языков». В письме коллеге Магомеду Гасанову в марте 1980 года, видный ученый отметил: «Эпопея с Усларом, начавшаяся в 1948 году, наконец, завершилась. Даже в Главлит пришлось самому носить книгу и получить разрешение на «выход в свет». Тридцатилетние мытарства окончились. Вот я смотрю на эту книгу и думаю, что моя совесть чиста и перед Усларом, и перед табасаранским народом, который я очень уважаю».

            В постсоветские годы ученый  принимал  участие в конгрессах Европейского кавказоведческого общества во Франции, Германии, Англии, выезжал в Швецию по обмену в составе делегации Тбилисской государственного университета, выступал с докладами в Германии по приглашению директора Института языкознания Боннского университета Карла Хорста Шмидта. Будучи директором Института языкознания Рурского университета в городе Бохум, Карл Шмидт ввел в программу обучения студентов спецкурс по табасаранскому языку, разработанный на основе монографии Александра Магометова.

         

Александр Магометов в гостях у историка Расула Магомедова 2002 год.

   Многое сделал ученый для родного кубачинского языка. Коллеги Александра Магометова говорили о ювелирной точности в лингвистике, которая была ему свойственна, о внимательности к каждой букве, к каждой точке. Эта точность проявила себя даже в названии одного из главных трудов выдающегося ученого. Несмотря на политику того времени, согласно которой кубачинский и кайтагский языки были причислены к даргинскому языку, он назвал свою монографию именно так: «Кубачинский язык». Для сравнения можно привести книгу Александра Магометова «Мегебский диалект даргинского языка: Исследование и тексты», опубликованную в 1982 году. 

            Александр Амарович был ученым двух республик – Дагестана и Грузии, и своей жизнью и деятельностью воплотил в себе идею родства и братства. В советское время в издающемся Академией наук Грузии «Ежегоднике иберийско-кавказского языкознания» постоянно публиковались статьи дагестанских лингвистов, большинство из которых защищали свои диссертации в Тбилиси. До своей кончины в 2004 году Магометов  предпринимал усилия для возобновления переживающего спад из-за сложной ситуации в отношениях между странами научного сотрудничества.

            Сохранилась обширная переписка выдающегося ученого Александра Магометова с коллегами, друзьями, родственниками, учениками, из которой можно многое почерпнуть полезное и лингвисту, и исследователю недавнего прошлого Дагестана. В ближайшее время начнется работа над изданием книги, которая поможет сохранить память об Александре Амаровиче и понять атмосферу, в которой жил и трудился известный лингвист.