Из обрядов и верований аварцев-тленсерухцев

Феномен бытования отголосков традиционной духовной культуры

10 ноября 2017 в 18:59, просмотров: 1182
Из обрядов и верований аварцев-тленсерухцев
Село Ириб Чародинский район

Краткий исторический очерк

В XVIII–XIX вв. Тленсерух объединял 13 селений, расположенных в долине одноименной реки, на территории площадью около 370 кв. км. Ныне это центральная часть Чародинского района РД. Термин Тленсерух зафиксирован в дагестанской арабоязычной документации еще с ХV в., хотя само существование его в более ранний период сомнений не вызывает.

Исходя из устной традиции можно сделать следующий вывод о том, что первоначально ислам распространялся в Тленсерухе исключительно мирным путем. Это приписывается дервишу, которого, скорее всего, звали Али и который являлся основателем ирибского тухума Дарбишал. На втором этапе арабы из Кумуха попытались вторгнуться в Тленсерух, но были успешно отбиты. На третьем этапе исламизаторы в Тленсерухе начали искоренять последние остатки язычества и христианства. Все эти этапы прошли на жизни одного поколения. Такой вывод можно сделать исходя из того, что Али, начавший исламизацию Тленсеруха, сам ее и закончил. На основе анализа письменных источников, и в первую очередь эпиграфики, исследователи полагают возможным датировать исламизацию Тленсеруха концом XIV – началом XV вв. К примеру, в Ирибе – центральном селении Тленсеруха – имеются два эпиграфических памятника, которые свидетельствуют о распространении здесь ислама в самом начале XV в.

Несмотря на более чем 500-летнее исповедание ислама, гонения на религию в советское время, в быту и культуре тленсерухцев сохранилось немало реликтов былых домонотеистических верований, обычаев и обрядов.

Обряды метеорологической магии

Как полагали тленсерухцы, гром («гъугъай») – это звук, который издали небеса в знак скорби, когда умер пророк Мухаммед (с. Хинуб), это звук от удара плетью божеств Будулаал (с. Кутих), а молнии («пири») – это «огненные топоры» («цIадул гIажди»), которыми они карают грешников (с. Хинуб, Кутих). Можно было есть мясо пораженного молнией животного, но с условием, что его успели зарезать по мусульманскому обряду. Такое мясо даже считалось целебным (с. Ириб). При громе и молниях, сопровождавшихся выпадением града и ливней, для их прекращения во двор выбрасывали вверх ножками очажный треножник («махх»). При ливнях и затяжных дождях в огонь очага бросали кусочек нутряного жира («атIи») барана, зарезанного во время мусульманского праздника «Курбан-байрам». Жир бросали в огонь со словами: «Дунял роцIайги!» («Пусть мир прояснится!») (с. Нукуш). Этот обычай можно рассматривать как жертвоприношение божеству, управлявшему погодой, где жир (часть) заменял собой (целое) жертвенного барана. В обряде явственно ощущается влияние ислама.

Следует отметить, что в каждом селении имелись свои обряды по вызыванию дождя и солнца. Например, в с. Ириб во время засухи на местном кладбище проводили обряд зикр. При поминании имени Аллаха его просили о дожде следующими словами: «Зодоса рахIмат, гIодоса баркат кье, Аллагь! Дур рахIмудаса рахIму лъе, дур цIобалдаса цIоб лъе, рахIму цIикIкIарав, цIобги гIатIидав, Аллагь!» («С неба – милости, снизу – благодати дай, о Аллах! От Твоего милосердия ниспошли [нам] милосердия, от Твоей милости ниспошли милости [обладающий] огромным милосердием и обширной милостью, о Аллах!»). Все участники обряда получали по половнику ритуального блюда гьи, которое варилось в нескольких дворах села. Были и другие приемы вызывания дождя. Некоторые из них проводились у мусульманских культовых сооружений назар, воздвигаемых на могилах вали (святые, обладающие сверхъестественными способностями). Один из таких культовых сооружений находится на окраине с. Ириб. От привязанных к назару полотнищ материи отрывали один кусок и клали его в реку, придавив сверху камнем. После выпадения дождя этот кусок материи возвращали на прежнее место. В нескольких километрах к востоку от с. Ириб, в горах, в лесу, в местности «БакIукь», на границе с бывшим союзом сельских обществ «Рис-ор», находится небольшое кладбище газиев («воителей за веру»). Во время засухи к этому кладбищу направлялось несколько пожилых мужчин. Они несли с собой кусок белого савана. Подойдя к кладбищу, они становились на колени и, передвигаясь на них, подходили к одной из могил газиев. Приподняв надмогильную плиту, они клали в могилу этот саван и закрывали ее опять. Затем участники обряда произносили мусульманские молитвы («дугIа»), в которых просили Всевышнего ниспослать дождь. В последний раз обряд проводили в 2014 г.

На северной окраине с. Нукуш, недалеко от кладбища, имелась специально выкопанная яма. Со словами бисмилла (сокращенная форма от «Бисмилляхи ррахмани ррахим», имеющая следующий смысл: начинание какого-либо дела с именем Аллаха и с Его благословения) эту яму женщины кувшинами заполняли водой, набранной из сельского источника. Обряд проводился вплоть до 2013 г. Как мы полагаем, в обряде присутствуют элементы имитативной магии – подобно тому, как эта яма наполняется водой, так чтобы дождь пролился и наполнил водой иссушенную землю. То обстоятельство, что обряд проводили недалеко от кладбища, свидетельствует о влиянии на него культа предков. В этом же селении во время засухи со всех дворов собирали молоко утреннего надоя и делали из него сыр. После проведения обряда зикр этот сыр раздавали в качестве милостыни садакъа всем его участникам. В с. Кутих на перекрестке трех дорог (граница миров) несколько женщин наряжали лягушку в разноцветную одежду и привязывали ее к вершине шеста. Затем все они шли к реке, где одна из женщин бросала этот шест в воду со словами: «ЦIад байги!» («Пусть выпадет дождь!»).

Повсеместно при засухе неожиданно толкали в реку пастуха или пришедшего в селение гостя. Затем проводили обряд зикр, после которого старики обращались ко Всевышнему со словами: «Я, БетIергьан, кьеха нижее ракьхьараб рахIмат! Гьал шихзаби, шагьидзаби, устарзаби, БудулагIзаби, гьазие гIоло нижер гьарураб гьари тIубазабе Аллагь!» («О, Господь, даруй нам милость, которая утолит жажду земли! Ради этих шайхов, шахидов, устазов, Будулаал, исполни нашу просьбу, о Аллах) (с. Хинуб).

Итак, как это видно, обряды метеорологической магии тленсерухцев испытали значительное влияние ислама. Обряды по вызывания дождя и солнца бытовали и у других народов Дагестана.

Село Кутих Чародинский район

Обряд «завязать пасть волку» («бацIил кIал бухьизе»)

В том случае, когда вечером скотина не приходила с пастбища домой, а оставалась в горах и была вероятность, что ее могут задрать волки, тленсерухцы проводили обряд «бацIил кIал бухьиз». Раньше этот обряд в с. Ириб проводил Абдуллагьил Мухаммад-дибир (умер в возрасте 75 лет в 90-х гг. XX в.), а в наше время – Шахрузат Малачиева. Для того чтобы «связать пасть волку», безостановочно читая особые мусульманские молитвы («дугIа»), завязывали 50 узелков на веревке. Утром узелки обязательно развязывали, так как существовало мнение, что с завязанной пастью волк может умереть от голода, а это – грех. Если после проведения обряда обнаруживали, что скотина все же задрана волками, значит, они перешли реку, а в этом случае пасть развязывается (переход через текучую воду означал переход в иное онтологическое состояние). В с. Гилиб этот обряд проводили несколько по-иному. Сельский исламский священнослужитель дибир, читая мусульманскую молитву «Къулгьу», завязывал 7 узелков на веревке или же клал острие топора между железными зубьями гребня («гьокьо») для расчесывания шерсти. Утром узелки развязывали, а топор убирали, чтобы «развязать пасть волку», так как в противном случае он не сможет есть пищу и подохнет, а это – грех. Следует отметить, что связывали пасть волку и другие кавказские народы – шапсуги, абхазы, осетины и др.

Праздник первой борозды Оц бай

Вплоть до настоящего времени большинство сельского населения Тленсеруха в дни весеннего равноденствия («их чIараб мех») отмечает праздник первой борозды Оц бай, во время которого выпекаются фигурные обрядовые хлеба – баранки гор/гутIи и готовится ритуальное варево гьи из злаковых (пшеница и кукуруза) и бобовых (фасоль и горох) культур с добавлением сушеного бараньего или говяжьего мяса и челюстей. Большую баранку гутIи надевали на рога быков, при помощи которых производили первую борозду. Этими же баранками награждали победителей спортивных соревнований (скачки, бег, метание камня, борьба), которые устраивались после проведения борозды.

Отмечали праздник первой борозды и другие народы Дагестана, например, даргинцы-цудахарцы.

Заброшенная часть села Нукуш Чародинского района

Ряженый ГIанкI-бацI

Обязательным участником праздника первой борозды, свадеб и выступлений канатоходцев был ряженый ГIанкI-бацI («Заяц-волк»). Им был мужчина 40–45 лет в остроконечной овчиной папахе («хъака») шерстью вовнутрь, кожаной маске с прорезями для глаз и рта и в вывернутой наизнанку шубе. В руках ряженый держал березовую палку («ил»), а к его поясу была приторочена сумка («тобур»; «рухъдул богIоци») с золой, которой он бросался в окружающих. Ряженый всячески веселил публику, кувыркался, гонялся за детьми. Все свои действия ряженый производил молча. Он старался быть неузнанным. На выступлениях канатоходцев и на свадьбах ряженый старался отвлечь внимание публики на себя, так как существовало убеждение, что канатоходец, жених и невеста уязвимы и подвержены сглазу.

Древо плодородия – лопух гIубугI

В свадебных обрядах тленсерухцев вплоть до 2000-х гг. перед женихом клали поднос с яствами, в центре которого был установлен лопух («гIубугI»), на который навешивали сладости, яйца, орехи, кусочки мяса. Ряженый следил, чтобы с лопуха никто не сорвал навешанные продукты. Дети и подростки пыталась сорвать эти продукты с лопуха. Если ряженый ловил их, то пойманный должен был принести из дома что-либо из съестного. Этот лопух с яствами можно рассматривать в качестве инварианта мифопоэтического древа плодородия.

Различные обычаи, верования и приметы

 Даже в первой четверти XXI в. в быту и культуре старших поколений тленсерухцев сохранились отголоски их прежних верований и обрядов. Приведем некоторые из них. При сборе черемши из стеблей этого съедобного растения сплетали своеобразную игрушку для детей – сободул дегIен («козел из черемши»), которую можно рассматривать олицетворением былого зооморфного божества растительности (съедобных трав).

Если в комнату залетал так называемый «бык-жук» («оц-хIутI»), то его ловили и выбрасывали за порог со словами: «Цунци бе!» («Вчера приходи!») (с. Ириб). В с. Гилиб так поступали, если в комнату залетала уховертка («кIвекьу»). Стрекотанье сороки было приметой плохих новостей, а пение петуха – к хорошим (например, к появлению долгожданного гостя) (сс. Нукуш, Рульдаб).

Медвежью лапу («цидул квачI») клали между балками перекрытия хлева и подвешивали на пасеке как оберег от сглаза (с. Гилиб).

Множество примет, запретов и поверий тленсерухцев было связано со змеей. В целом отношение к змее было негативное. Существовала примета: если змея пересечет тебе дорогу – «это к смерти кого-либо из домашних». Осенью нельзя было убивать змей – «она в этот период готовится к спячке и все ее заботы лягут на тебя». Желательно было убить первую увиденную тобой весной змею – «больше не увидишь их в течение всего года». Если вырвать у живой еще змеи язык и носить его при себе, то тебе будет сопутствовать удача, в семье будет лад, а желания исполнятся. А если вшить этот язык в одежду детей, то они станут одаренными и способными к учебе. Если его привязать к сосуду для сбивания масла, масла будет больше. Из этих примет и поверий следует, что, несмотря на негативное отношение тленсерухцев к змее, она все же связывалась с благополучием и достатком. Верования, связанные с животными, имелись и у других народов мира.

Таким образом, можно отметить, что рудименты традиционных обрядов и верований занимали заметное место в быту и культуре тленсерухцев. Большинство из них сохранялось вплоть до начала 2000-х гг., а многие бытуют и в наши дни. Это можно объяснить устойчивостью традиционной культуры и особенностями менталитета тленсерухцев, позволяющих сохранить этническую идентичность этой небольшой субэтнической группы аварцев.

Список информаторов

1. Абдулаева Чамасдак Молаалиевна, 1949 г. р., с. Нукуш.

2. Абдурахманова Патимат Раджабовна, 1950 г. р., с. Ириб.

3. Бутаева Аминат Магомедовна, 1940 г. р., с. Кутих.

4. Гаджиева Хадижат Касимовна, 1938 г. р., с. Ириб.

5. Гасанов Асият Омаровна, 1932 г. р., с. Ириб.

6. Гусейнова Салимат Гусейновная, 1939 г. р., с. Гилиб.

7. Гусейнова Фатимат Гусейновная, 1936 г. р., с. Гилиб.

8. Давудов Магомед Аюбович, 1982 г. р., с. Ириб.

9. Залумханова Айшат Хапизовна, 1949 г. р., с. Ириб.

10. Ибрагимова Кисан Магомедмирзаевна, 1951 г. р., с. Рулдаб.

11. Иманшапиева Марин Иманшапиевна, 1940 г. р., с. Хенуб

12. Магомедов Абдурашид Магомедович, 1948 г. р., с. Кутих.

13. Магомедова Патимат Гаджимагомедовна, 1963 г. р., с. Кутих.

14. Энков Магомед Абдурахманович, 1936 г. р., с. Ириб.

 

Хапизов Ш. Тлейсерух (Кьесер): историко-этнографический очерк. Махачкала, 2008. С. 51.

 Хапизов Ш. Исламизация южной части горной Аварии (по данным местных арабоязычных источников). – Историография и источниковедение Востока / Материалы международного научного симпозиума, посвященного 90-летию Зии Муса оглы Буниятова. Баку, 2012, с. 208–211.

Хапизов Ш. Тлейсерух (Кьесер): историко-этнографический очерк. Махачкала, 2008. С. 52.

См.: Булатова А. Г. Сельскохозяйственный календарь и календарные обычаи и обряды народов Дагестана. СПб.: «Петербургское Востоковедение», 1999.

См.: Раскина С. Формы и виды магии в черкесской религии // Религиозные пережитки у черкесов-шапсугов. М., 1940. С. 77.

См.: Чурсин Г. Ф. Материалы по этнографии Абхазии. Сухуми, 1956. С. 107–108.

См.: Чурсин Г. Ф. Осетины: Этнографический очерк. Тифлис, 1925. С. 60.

См.: Сефербеков Р. И. Праздник первой борозды у даргинцев-цудахарцев сел. Куппа. Махачкала, 1998.

 

См.: Топоров В. Н. Древо мировое // Мифы народов мира: Энциклопедия. В 2-х т. 2-е изд. / Гл. ред. С. А. Токарев. М.: Российская энциклопедия, 1994. Т. 1. С. 398–406.

 

См.: Топоров В. Н. Животные // Мифы народов мира: Энциклопедия. В 2-х т. 2-е изд. / Гл. ред. С. А. Токарев. М.: Российская энциклопедия, 1994. Т. 1. с. 440–449.

 




Партнеры