Учитель Имама Хамзата – Аюбил Махад из Чоха (ум. 1813 г.)

О его роли и значимости в истории дагестанской науки говорят многие исследователи, причем не только дагестанцы

3 апреля 2017 в 11:29, просмотров: 2368

В историю Дагестана Чох вошел как родина ученых и государственных деятелей, отсюда родом многие представители духовной и светской интеллигенции.

Учитель Имама Хамзата – Аюбил Махад из Чоха (ум. 1813 г.)
Село Чох

Чох традиционно входил в состав культурно-религиозных центров, являясь важным образовательным центром. Как известно, многовековая история распространения ислама традиционно сопровождалась созданием цен­тров мусульманского образования, главными звеньями которых были примечетские школы (мактабы) и мадраса. Расширение влияния ислама и проникновение его во все сферы жизнедеятель­ности дагестанского общества в целом и каждой общины в отдельности обусловили широкое рас­пространение и развитие системы мусульманского образования в Дагестане. Ссылаясь на старинные предания, записанные в XIX в. Омаром Карнаиловым, самые пер­вые шаги становления мусульманского образования в Чохе можно связывать с прибытием в аул исламских мис­сионеров, когда здесь была выстроена «в восточном вкусе огромная двухэтажная мечеть и, кроме того, шесть обыкновенных мечетей – по одной для каждого квартала. Возле главной ме­чети находился дом для детей, совершенствовавшихся в знании арабского языка» [9, c. 24].

На всем протяжении существования в Чохе мадраса наиболее выдающимся преподавателем в Чохе считался известный алим Махад. Обычно у каждого алима, сведущего во всех предметах, была и своего рода специализация – в правоведении, филологии, астрономии и других сферах науки. Махад из Чоха получил популярность главным образом как знаток естественных наук, в частности астрономии, математики, медицины.

О роли и значимости Махада в истории дагестанской науки говорят многие исследователи, причем не только дагестанцы.  Здесь необходимо отметить, что в трехтомном академическом издании Г. И. Матвиевской и Б. А. Розенфельда «Математики и астрономы мусульманского мира VIII–XVII  веков и их труды» среди 10 дагестанцев имеется упоминание и о Махаде Чохском  и о двух его талантливых учениках: Шайтан-Абдулле и Махди-Мухаммаде из Согратля [13, с. 645, 648]. Из дагестанских исследователей – знатоков дагестанской арабоязычной литературы – о Махаде пишут Мансур Гайдарбеков, Мухамадсаид Саидов, Нурмухамадил Мухамад, Али Каяев, Назир из Дургели [6; 19; 15]. В своем труде «Услада умов в биографиях дагестанских ученых» Назир писал: «Ученый Махад ал-Чухи. Он был способным, сведущим, получил образование у Мухаммад ‘Али Чохского» [14, с. 95].

К сожалению, год рождения Махада не установлен. Известно, что отца его звали Аюб [1, с. 49], а сам он был известен также по прозвищу Фалакъи (араб. – «обладатель, знаток астрономических знаний»). Махад получил образование у известных дагестанских ученых. Получив начальное образование в самом Чохе, Махад отправился в селение Аракани, где у знаменитого пра­воведа Абубакара из Аймаки изучал теолого-гуманитарные науки [7, с. 28]. Учился он и у других ученых из школы «отца дагестанской науки» Мусал Мухаммада из Кудутля [1, с. 49]. Совершенствовать свои знания Махад отправился для продолжения обучения за рубеж.

Сперва он попал в Карабах, затем продолжил образование в Иране, Ираке и Египте (Каир [13, с. 645–646]), где совершенствовал свои знания по математике, философии, астрономии и космографии, а его знания были высоко оценены учителями [1, с. 49]. Известно также, что он изучал геометрию и физику [20, с. 72]. Как пишет Али Каяев, Махад «ввиду особой одаренности и прилежания завое­вал большое уважение своих учителей» [11, с. 44]. Более детально об учебе Махада на Востоке пишет М.-С. Саидов: «Получив образование у Абубакара Аймакинского, он отправился в Египет, в Aл-Aзxap, где овладел математикой, философией, астрономией и космографией» [19, с. 6]. Ввиду особой одаренности и прилежания  он завоевал большое уважение своих учителей, один из которых – Мухаммад-Рида б. Усман ад-Дарджизини – посвятил Махаду ал-Чухи свою книгу «ал-Ишрак» или «Китаб аш-ша‘ша‘а» («Сияние» или «Книга блеска»), написанную им в 1204/1789–90 г. В предисловии к своему труду он так и записал: «ради нашего сына Махада ал-Чухи» [11, с. 44].

Как известно, дагестанцы с древних времен интересовались астрономией. Их интерес значительно возрос со времени распространения в регионе научно-философских традиций арабо-мусульманского Востока. Следует отметить, что как в методологии, так и в методике построения астрономических схем дагестанские астрономы XVII–XIX вв. исходили из получивших здесь широкое распространение рукописных трактатов мусульманских астрономов и географов.

Как пишет Али Каяев, Махад «после возвра­щения из Ирана занимался преподавательской и про­светительской деятельностью. В период, когда Даге­стан словно остался без своего учителя Дамадана, он распространял астрономические идеи Улугбека, т. е. восстановил период их популярности, вырастил много учеников», в числе которых он называет Шайтан-Абдуллу и Махди-Мухаммада (ум. в 1837 г.) из Согратля, а также Дибир-кади и Нурмухаммада из Хунзаха [11, с. 44].

Другие исследователи также подчеркивают, что после возвращения с Ближнего Востока Махад основал в селе Чох известное мадраса. Особенно Махад придавал большое значение естест­венным наукам (астрономии, математики) развивая и пропагандируя их [7, с. 28]. Он преподавал математику, философию, логику и астрономию. Лишь один перечень его учеников может показать, каким он был мударрисом и алимом. Помимо вышеуказанных, у него учились Умар и Хасан из Кудали, Абдулхалим из Цийша и  другие ученые.

Как уже указано выше, Махад был не только философом и ученым-энциклопедистом, но и вырастил талантливых ученых, которые еще больше подняли популярность своего учителя [12, с. 121]. Шайтан-Абдулла обладал большими способностями в математике и астрономии, предсказывал некоторые природные явления [4, с. 189, 236]. Нурмухаммад стал признанным знатоком астрономии, геометрии, алгебры и других естественных наук. Абдулгалим из Цийша открыл мадраса, специализировавшееся на естественных науках и пользовавшееся большой популярностью.

Одной из заслуг Махада было дальнейшее распространение им в Дагестане идей великого узбекского астронома Улугбека (1394–1449 гг.). В основном с именем Улугбека связывалась в Дагестане «наука зиджа» (составление астрономических календарей и таблиц). Дагестанцы увлекались этой наукой и составляли зиджи – таблицы. Но после смерти Дамадана из Мегеба ослабло внимание к астрономии, в том числе зидже, а Махад вновь поднял престиж и интерес к этой науке. Из числа астрономов Дагестана наибольшую известность приобрели Дамадан из Мегеба (ум. 1724), Исмаил-эфенди из Шиназа (ум. 1780) и Махад из Чоха. По всеобщему признанию, Дамадан из Мегеба был первым крупным популяризатором астрономических знаний в Дагестане. После его смерти наиболее настойчиво идеи Улугбека и традиции арабо-мусульманской астрономии пропагандировал Махад из Чоха [2, с. 140–141]. По словам Али Каяева, Гасана Алкадари и Шарафаддина Эрела, все они оставили астрономические трактаты, которые в большинстве своем не сохранились, а обнаруженные работы еще не переведены на европейские языки. Известны несколько работ Махада, в частности «Комментарии к «Действиям с синус-квадрантом» и комментарии к трактату Дамадана» [13, с. 645–646].

Вышеуказанные знатоки арабо-мусульманской культуры Дагестана относят Махада, наряду с  некоторыми другими дагестанскими учеными (Гасан из Кудали, Малламухамад из Голода, Иса-апанди из Шамгуда, Абубакар из Аймаки, Саид из Аракани), к лучшим педагогам своего времени. Такая продуктивная преподавательско-просветительская деятельность Махада – продолжателя астрономических традиций и знатока астрономии, поднявшая его  престиж  в Дагестане, дает нам основание утверждать о существовании школы Махада Чохского, которая получила известность далеко за пределами родного края. Здесь речь идет не об обычной теологической школе. В Дагестане, по примеру мусульманского Востока, к наиболее популярным ученым для совершенствования знаний из разных сел приезжали учащиеся. У этих ученых они изучали различные науки или углубляли свои знания по различным наукам, переписывали трактаты, которые считались важными, и приобщались к научной деятельности. Наиболее способные из учащихся под руководством своих учителей писали научные и богословские работы. Поэтому эти школы были скорее научными [2, с. 151–152].

Вокруг даты смерти Махада существует несколько существенно расходящихся мнений. В академическом справочнике Г. И. Матвиевской и Б. А. Розенфельда указано, что он умер в 1770 г. [13, с. 645–646]. Али Каяев указывает в качестве этой даты 1204/1789–90 г. [10, с. 40]. Более позднюю дату (1224/1809–10 г.) указывают современные дагестанские востоковеды [1, с. 49]. Последняя дата взята из труда Мансура Гайдарбекова, который пишет, что Махад – учитель имама Хамзата и Нурмухамада-кади из Хунзаха – умер в 1224/1809–10 г. [6, с. 229].

Касательно дат жизни ученого Махада, жизнь которого мы исследуем, прежде всего стоит отметить, что имеется указание о переписке книги в 1202/1787–88 г. его учеником Нурмухаммадом Хунзахским в медресе «Махада, сына Газиява (?) Сиухского» [3, с. 146], под которым, видимо, следует подразумевать Махада Чохского.

Намного более важным и ценным источником при уточнении даты смерти Махада является факт того, что у него долгое время, до самой его смерти [5, с. 23; 20, с. 72], учился будущий имам Хамзат, который родился в 1203/1788–89 г. Некоторые подробности его учебы у Махада в Чохе приведены в недавно вышедшем исследовании «Имам Гамзат»: «…Рассказывают, что при виде «одетого в украшенную черкеску, носящего дорогую папаху» маленького сына бека муалим (препо­даватель) чохского мадраса сказал: «Я не совсем верю, что разоде­тый так ребенок будет изучать ильму (науку)». Услышав эти слова, Гамзат не обиделся на слова учителя, вышел и, сняв с себя одежду и бросив ее в хлев учителя, вернулся и сел среди учеников, стараясь ничем уже внешне не отличаться от них. Скорее всего, вид малень­кого бека напомнил муалиму слова имама Шафии – знаменитого богослова и основоположника одной из четырех школ-мазхабов, ко­торый сказал: «Если бы не было бедных, исламская наука исчезла бы». Отсюда и намек на то, что, как правило, богатые, состоятель­ные люди редко изучали науки серьезно…» [8, с. 40–41].

Как пишут исследователи биографий ученых Дагестана, Хамзат учился у Махада дольше всех остальных учеников – около 12 лет (с 1215/1801 по 1227/1812 гг.), будучи до этого одним из учеников Саида ал-Аракани [12, с. 124]. Факт того, что в 1801 г. на воспитание Махаду был  отдан будущий имам Хамзат в возрасте 12 лет, известен многим исследователям [17, с. 224; 16, с. 85], также и то, что он там проучился почти 12 лет. И, наконец, главным источником в деле определения даты его смерти следует считать надпись на надмогильной плите Махада, похороненного в родном селении Чох, на нижнем его кладбище. На надмогильном  памятнике  ученого написано: «Ученые озарили сокровищницы своих знаний, давно потушенных и погребенных» – и приведена дата его смерти – 1228 г. хиджры (начался 3.01.1813 г.). Это обстоятельство позволяет нам с уверенностью датировать его смерть 1813 годом.

Литература

  1. Musayev М., Alkhasova D. Dagestani Ulama in the Muslim World // Islam and Sufism in Daghestan. Helsinki, 2009.
  2. Абдуллаев М.А. Арабо-мусульманская научная и философская мысль в досоветском Дагестане // Ислам и исламская культура в Дагестане. М., 2001.
  3. Айтберов Т.М. Обзор некоторых рукописных собраний Дагестана // Рукописная и печатная книга в Дагестане. Махачкала, 1991.
  4. Алкадари Г. Асари Дагестан. Махачкала, 2009.
  5. Бобровников В.О. Гамзат-бек // Ислам на территории бывшей Российской империи. Энциклопедический словарь / под ред. С.М. Прозорова. М., 2003. Вып. 4. 
  6. Гайдарбеков М. Хронология истории Дагестана из перевода арабских документов // Рукфонд ИИАЭ ДНЦ РАН Ф. 3. Оп. 1. Т. ХII. Д. 236.
  7. Гизбулаев М. А. Абубакар-хаджи из Аймаки – жизнь, творчество и научное на­следие. Махачкала, 2005.
  8. Доного Х.-М., Касумов С. Имам Гамзат. Махачкала, 2012.
  9. Карнаилов О. Аул Чох // Сборник материалов для описания местностей и племен Кавказа. Тифлис, 1884. Вып. IV. От. II. Ч. I.
  10. Каяев А. Биографии дагестанских ученых (на тюрк. яз.) // Рукфонд ИИАЭ ДНЦ РАН Ф. 25. Оп. 1.  Д. 1.
  11. Каяев А. Биографии дагестанских ученых (на лак. яз.) // Рукфонд ИИАЭ ДНЦ РАН. Ф. 1. Оп. 1. Д. 29(1678).
  12. Маламагомедов Д.М. Мыслители и ученые Аварии второй половины ХVIII – начала XIX века // Дибир-кади из Хунзаха и вопросы гуманитарного наследия дореволюционного Дагестана: материалы юбилейной научной сессии, посвященной 270-летию со дня рождения ученого (Махачкала, 29 мая 2012 г.), и статьи по вопросам гуманитарного наследия дореволюционного Дагестана. Махачкала, 2012.
  13. Матвиевская Г.И., Розенфельд Б.А. Математики и астрономы мусульманского средневе­­ковья и их труды (VIII–XVII вв.). М., 1983. Т. 2.
  14. Назир ад-Дургели. Услада умов в биографиях дагестанских ученых. М., 2012.
  15. Нурмагомедов М. Ученые Дагестана // Рукфонд ИИАЭ ДНЦ РАН. Ф. 29. Oп. 1. Д. 16.
  16. Окольничий Н.А. Перечень последних военных событий в Дагестане (1843 год). Махачкала, 2009. 
  17. Покровский Н.И. Кавказские войны и имамат Шамиля. М., 2000.
  18. Саидов М.-С. Дагестанская литература на арабском языке // Рукфонд ИИАЭ ДНЦ РАН. Ф. 29. Оп. 1. Д. 16.
  19. Саидов М.-С.Д. Дагестанская литература XVIII–XIX вв. на арабском языке: Доклад на XXV Международном конгрессе востоковедов. М., 1960.
  20. Тахнаева П.И. Аул Чох. Мир ушедших столетий. М., 2010.

Дарджизан (Дарзиджан) – небольшое поселение близ Багдада.





Партнеры